Что могут изъять на обыске и когда вернут?

Тема вещественных доказательств – их изъятия, хранения и дальнейшая судьба, одна из моих «любимых». Заняться вплотную этим вопросом, лежащим на стыке уголовно-процессуального и гражданского права, меня заставила жизнь, а именно один случай, касающийся изъятого автомобиля, произошедший еще в те годы, когда я работал следователем. Тогда, на примере, иска от собственника изъятого имущества, рассматривавшегося (с учетом апелляции в Санкт-Петербургском городском суде), более двух лет, и блестяще проигранного моими оппонентами, я увидел, сколько ошибок могут совершить не только граждане, но и наши коллеги, пытаясь «вызволить» изъятое, либо получить какую-либо компенсацию за свое имущество.

Что же может быть изъято при обыске (не важно – в квартире, офисе, на складе, в автомобиле или где то еще)?

— «Все»? – конечно нет!

Правильным ответом будет: «все что сочтет необходимым изъять лицо, проводящее обыск».

Расплывчатая формулировка п.3 ч.1 ст.81 Уголовно-процессуального кодекса, согласно которой: «вещественными доказательствами признаются любые предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела», во взаимосвязи с такой же «безграничной» ч.1 ст.182, гласящей, что основанием производства обыска является наличие сведений о том, что у кого-то или где-то могут находиться предметы, документы и ценности, имеющие значение для уголовного дела, к сожалению, позволяет следствию и дознанию, достаточно вольно определять, какие предметы и документы изымать в ходе обыска.

Способствуют этому и судебные решения, разрешающие изымать все «имеющее значение для уголовного дела». Усмотрение того, что имеет значение для дела, а что не имеет, что может служить средством для установления обстоятельств уголовного дела – отдано на откуп лицу, проводящему расследование или конкретное следственное действие – обыск или выемку и соответственно полностью зависит от того, насколько развита фантазия сотрудника правоохранительного органа. «Скучные» следователи (обычно опытные, проработавшие хотя бы несколько лет, или обладающие большим житейским опытом) – могут определить пригодится ли конкретный предмет (документ) в расследовании дела или нет, прямо на месте обыска, и соответственно сортируют обнаруженное, изымая только то, в изъятии чего есть хотя бы какой-то смысл. Более «креативные» (может быть – менее ленивые или менее опытные) – действуют по принципу – «берем все, потом разберемся» — вот тогда и появляются коробки с документами, мешки с вещами, содержимое которых, затем месяцами (годами), лежит по кабинетам и коридорам следствия.

— Разберутся?

— Конечно разберутся!

— Когда?

— Сказано же – «потом»!

Сроки, в которые должны «разобраться», регулируются несколькими нормами Уголовно-процессуального кодекса.

Первая из них — ст. 81.1 УПК РФ – касается только «экономических» статей Уголовного кодекса. Постановление о признании вещественными доказательствами предметов и документов, изъятых по уголовному делу, возбужденному по «экономической» статье, должно быть вынесено в течении 10 суток с момента изъятия (может быть продлено еще на 30 суток, плюс 5 суток на возврат изъятого, не признанного вещественными доказательствами). Итого получаем 45 суток. Казалось бы – невыносимо долго, но я бы назвал это особым, «ускоренным» порядком принятия решения по изъятому имуществу — и это в лучшем случае, если «повезет» и уголовное дело расследуется по «экономической» статье.

Вторая группа норм закона – ст.162 «срок предварительного следствия» либо ст.223 «порядок и сроки дознания» УПК РФ в совокупности со ст. 6.1 УПК РФ «разумный срок уголовного судопроизводства». В случае с расследованием в форме дознания максимальный срок составляет 12 месяцев, что может показаться не разумным. Однако, в сравнении со сроками предварительного следствия, это еще очень гуманно, так как сроки следствия – законодательно не ограничены.

Казалось бы, что может хуже, чем неограниченные сроки следствия? Некуда ведь хуже, правда? Неправда.

Ведь существует еще малозаметная и вроде бы не имеющая отношения ни к обыску (выемке), ни к вещественным доказательствам, ст. 208 УПК РФ — «основания порядок и сроки приостановления предварительного следствия», которая говорит, что в 4-х случаях (болезнь, розыск, невозможность явки, либо не установление обвиняемого по делу), расследование приостанавливается. И есть в этой статье часть 6, говорящая о том, что следователь обязан, при приостановлении расследования, хотя бы «рассмотреть вопрос о возможном изменении ограничений, связанных с владением, пользованием, распоряжением арестованным имуществом, либо об отмене ареста, наложенного на имущество». Конечно «рассмотреть вопрос о возможном…» — не равно снять арест и вернуть, но хоть что то, ведь так? И снова нет. Данная норма, касается только имущества, на которое наложен арест в порядке ст.ст.115-115.1 УПК РФ, но никак не затрагивает имущество, признанное вещественными доказательствами в порядке ст.ст.81-81.1 УПК РФ и тем более – имущество (либо документы), изъятые, но по которому никакого процессуального решения не принято.

И если в случае болезни, невозможности явки, или розыска обвиняемого, приостановление следствия обычно имеет хоть какие-то обозримые сроки, то в случае, если обвиняемый не установлен («висяк», «глухарь» — в разных регионах страны используются разные неформальные термины для определения данной категории дел) – решение о приостановлении расследования будет последним решением по делу, так сказать «вечным», при чем, абсолютно законным, по крайней мере по форме. Что же в этом случае будет с изъятыми предметами и документами? Да ничего, будут лежать при деле – в архиве либо ином месте, определенном следователем, до прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (по тяжким преступлениям он составляет 10 лет, по особо тяжким 15 лет, а по некоторым составам Уголовного кодекса – вообще не применяется).

Какой же выход в ситуации, если в ходе обыска, выемки либо осмотра места происшествия изъято имущество, а возвращать его не торопятся? В данном случае может помочь обжалование действий или бездействия следователя (дознавателя), либо обжалование решения о признании предметов (документов) вещественными доказательствами, либо обжалование решения о приостановлении предварительного расследования. В каждом конкретном случае, решение о наиболее эффективном способе возращения имущества должно приниматься индивидуально, с учетом всех обстоятельств дела, так как универсальных шаблонов не существует – каждое дело, каждая ситуация — индивидуальны.

 У кого может быть проведен обыск и что делать если есть предчувствие, что он скоро состоится – можно посмотреть здесь.

О том, в каких случаях следователь может не предъявлять вещественные доказательства для ознакомления, а в каких – обязан это сделать – размышлял здесь.