Верховный суд РФ: Фальсификация на предварительном следствии не влияет на выводы в приговоре о виновности

Как указано в «теоретическом сборнике»  под названием «УПК РФ», нарушения или ограничения  гарантированных прав участников судопроизводства, относятся к существенным нарушениям УПК и  являются основанием для отмены приговора (но есть маленькая оговорка, «отдающая эти нарушения на откуп судьи»)… при условии, что эти нарушения УПК  «повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения».  В результате  на практике  - при  наличии «внутреннего  убеждения» судьи о виновности подсудимого —  «легко прощаются грехи следствия» в виде различных фальсификаций и  «разрешаются» нарушения права на защиту, так как эти факты… как указано в определении Мосгорсуда от 10.12.14, с мнением которого согласился 12.11.15 Верховный суд,… не влияют на выводы в обвинительном приговоре  о виновности.

Подобная позиция наряду с другими фактами, которые описаны в предыдущих публикациях (Праворуб: Верховный суд РФ: Суд вправе отказать в исследовании вещественных ..., Праворуб: Верховный суд России допускает наличие противоречий… между приговором ..., Праворуб: Подмена в уголовном деле процессуального документа справкой о ...) была допущена всеми судебными инстанциями в деле начальника отдела Московской межрегиональной транспортной прокуратуры  Евдокимова Д.В., осуждённого в 2013 году Мещанским судом Москвы за получение денег от адвоката Кидяева якобы в интересах ООО ТрансЭко и ООО РФК. 

Так, в марте 2013 года  по результатам ОРМ, проведенных ГУЭБиПК МВД,  в отношении Евдокимова Д В. было возбуждено уголовное дело,  после чего он был помещён под домашний арест. Несмотря на огласку в СМИ и «не рядовой случай»,  расследование дела  ГСУ СК по Москве было завершено всего в  5 месяцев, в течение которых Евдокимов Д. был  лишь трижды  вызван в СК: для предъявления обвинения, прослушивания аудиозаписей, а затем для ознакомления с делом. За период следствия не было проведено ни одной экспертизы. 

Каково было удивление, когда на этапе ознакомления с делом выяснилось, что следователь ГСУ  СК по Москве Лопаткин, оказывается,  вел  во время следствия «активную» деятельность, а именно: вынес ряд процессуальных решений (постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, об отказе в удовлетворении ходатайств и т.д.), копии которых он якобы направил по почте Евдокимову Д. на домашний адрес и с которыми защита решительно была не согласна. 

По окончании ознакомления, конечно же, было заявлено ходатайство, в котором было указано о НЕПОЛУЧЕНИИ НИ ОДНОГО процессуального документа  от следователя в нарушение ст. 122 УПК РФ, а также заявлено о назначении ряда экспертиз, допросе свидетелей, истребовании ряда документов и т.д. Аналогичная жалоба была направлена в прокуратуру Москвы. Согласитесь, защите легче восполнить недостатки на предварительном следствии, чем это делать  в суде. 

Однако уже через четыре дня вместо  ответа на заявленное ходатайство было получено уведомление с подписанным обвинительным заключением и сообщением, что дело направлено в Мещанский суд.  Аналогичный ответ был получен из прокуратуры Москвы. 

Во время предварительного слушания  защита в суде заявила о факте фальсификации следователем уведомлений и о том,  что от него  так и не  получен ответ на последнее ходатайство.   Но суд указал, что в деле имеются  уведомления, а значит следователь " не врёт", право на защиту не нарушил, так как все процессуальные документы во время следствия и по окончании направил почтой … видимо,  они ещё в пути. 

По прошествии месяца в ходе разбирательства в суде была приобщена справка ФГУП Почта России, что Евдокимову Д. в течение 2013 года на домашний адрес не приходило НИ ОДНОГО ПОЧТОВОГО СООБЩЕНИЯ. То есть следователь Лопаткин фальсифицировал все уведомления о направлении копий процессуальных документов. 

Однако судья Мещанского суда Гудошникова «закрыла глаза» на этот факт, проигнорировав и не дав ему оценку в приговоре. Апелляционная инстанция Мосгорсуда, отвечая на довод о фальсификации следователем уведомлений и нарушении тем самым права на защиту,  отвергла его, указав,  что этот факт… «не влияет на выводы суда по оценке доказательств по делу, установление вины и квалификацию действий, определение вида и размера наказания»… Судья Верховного суда Эрдыниев в кассационной инстанции  согласился с выводами  Мосгорсуда, назвав их законными и обоснованными. 

Добавлю, конечно же защитой в суде первой и апелляционной инстанциях заявлялись аналогичные (как на следствии)  ходатайства: о назначении экспертиз, допросе свидетелей, истребовании ряда документов и т.д., однако, как вы уже догадались, судами во всем было отказано. 

Возникает простой вопрос: зачем декларировать права на защиту в виде возможности заявления ходатайств, обжалования действий следователя и принимаемых им процессуальных решений и пр., если можно игнорировать на следствии ходатайства, утаивать процессуальные документы от защиты и т.п., а затем  просто сделать в обвинительном приговоре вывод, что эти факты не влияют на выводы о виновности...?

Может кто сталкивался с подобной ситуацией?