Оправдательный приговор по ст. 264.1 УК РФ и переквалификация действий подзащитного с ч. 4 ст. 264 УК РФ на ч. 3 ст. 264 УК РФ. Как доказательства обвинения стали доказательствами защиты. Дело по назначению

Данное дело изрядно потрепало нервы как стороне защиты, так и стороне обвинения. 13 судебных заседаний. Возвращение прокурором следователю уголовного дела для устранения недостатков со своими письменными указаниями. Изменение моему подзащитному, в ходе процесса, меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. 

Многое нам с подзащитным пришлось пережить по этому делу, где я осуществлял его защиту по назначению следователя. Но, несмотря на непреклонность государственного обвинителя попросившего суд назначить наказание моему подзащитному, по совокупности преступлений, в виде 7 лет лишения свободы, защите удалось добиться полного оправдания подсудимого по ст. 264.1 УК РФ, и переквалификации его действий с ч.4 ст. 264 УК РФ на ч.3 ст. 263 УК РФ.

Мой подзащитный не оспаривал тот факт, что в момент ДТП он находился за рулем, а также не отрицал, что до того как он сел за руль, он с одним из потерпевших (который вскоре скончался от травм полученных в ДТП) распивал спиртные напитки. Однако, вину в инкриминируемых ему преступлениях он не признал.

Несмотря на то, что все свидетели единодушно утверждали, что в момент ДТП он находился в состоянии опьянения, и на то, что в деле имелась справка о том, что в его крови был обнаружен этиловый спирт в количестве 1,9 г/л. — этих доказательств было явно недостаточно для того, чтобы вынести обвинительный приговор по вышеуказанным составам преступления.

Наша позиция основывалась на примечаниях к ст. 264 УК РФ из которых следует, что:

Для целей настоящей статьи и статьи 264.1 настоящего Кодекса лицом, находящимся в состоянии опьянения, признается лицо, управляющее транспортным средством, в случае установления факта употребления этим лицом вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность измерений, установленную законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях, или в случае наличия в организме этого лица наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов либо новых потенциально опасных психоактивных веществ, а также лицо, управляющее транспортным средством, не выполнившее законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения в порядке и на основаниях, предусмотренных законодательством Российской ФедерациОбвинение не учло, что факт нахождения моего подзащитного в состоянии алкогольного опьянения, в порядке установленном законом, не подтвержден. 

Медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, после ДТП, он не проходил, и от законных требований сотрудников полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения он не отказывался.

Никакими другими доказательствами факт нахождения моего подзащитного в состоянии алкогольного опьянения подтверждаться не может.

Осознавая, что обвинение «рассыпается» на глазах, государственный обвинитель заявил ходатайство о допросе в судебном заседании, в качестве специалиста, врача-нарколога.

В судебном заседании врач-нарколог высказал предположение, что нахождение в крови моего подзащитного этилового спирта в количестве 1,9 г/л., может привести к опьянению.

Однако, на вопросы защиты, относительно существования методик определения состояния алкогольного опьянения по нахождению в крови определенного количества этилового спирта, врач честно ответил, что таких методик и нормативно-правовых актов в настоящее время не существует.

Таким образом, обвинение моего подзащитного в части нахождения, на момент ДТП, в состоянии алкогольного опьянения плавно перетекло в разряд предположений.

Сторона обвинения представила доказательства о том, что в 1 литре крови моего подзащитного имеется этиловый спирт в концентрации 1,9 г/л.

Однако, данных о соответствии указанного количества этилового спирта размеру превышающему количество спирта равное 0,16 миллиграмм на 1 литр выдыхаемого воздуха, как велит нам примечание к ст. 12.8 КОАП РФ РФ, сторона обвинения так и не представила.

Таким образом, показания врача-нарколога и справка о наличии в крови моего подзащитного этилового спирта из доказательств обвинения превратились в доказательства защиты.

Суд вынес приговор, которым полностью оправдал моего подзащитного по ст. 264.1 УК РФ и признал за ним право на реабилитацию, а также переквалифицировал его действия с ч.4 ст. 264 УК РФ на ч.3 ст. 263 УК РФ, назначив ему наказание в виде лишения свободы сроком 4 года 8 месяцев с лишением права управления транспортными средствами сроком на 3 года.

Гражданский иск второго потерпевшего, которому был причинен тяжкий вред здоровью, суд удовлетворил частично, взыскав с моего подзащитного компенсацию морального вреда.

Государственный обвинитель и потерпевшие не стали обжаловать приговор. Защита обжаловала его в части строгости назначенного наказания. Суд апелляционной инстанции оставил приговор без изменения.

Согласие доверителя на публикацию статьи о деле получено. Адвокат Журавлев Евгений Анатольевич, № 31/709 в реестре адвокатов Белгородской области.