Так низко ещё не опускался… 6 лет по ч.4 ст.228.1 УК РФ

История в трёх актах.

Акт первый. «Смутное начало»

В это уголовное дело с моим коллегой Костюшевым В.Ю. (https://kostusheff.pravorub.ru/) вступили летом 2019 года. Когда к нам обратился отец обвиняемого, дело находилось на рассмотрении в Симоновском районном суде г.Москвы. Кроме копии обвинительного заключения и квалификации обвинения по ч.4 ст. 228.1 УК РФ от клиента (отца обвиняемого — Андрея) более никакой полезной информации нам получить не удалось. Однако обвинительное заключение было довольно интересное, но об этом далее.

Заключили соглашение, обговорили с клиентом все возможные, на тот момент немногочисленные варианты, определи условия работы:

При заключении соглашения всегда объясняю клиенту, что не гарантирую какого-либо результата. И по закону нельзя, и по совести. Я никогда не скажу клиенту, что развалю его дело на раз — два, даже если и увижу возможность. Сначала дело. И каждое дело – индивидуально. Факторов, от которых напрямую зависит результат, на пальцах не пересчитать.  

Пожали с доверителем руки. Погрузились в работу. Всё по плану: ознакомление с материалами дела в суде, посещение обвиняемого в СИЗО, последующий анализ материалов и выработка стратегии. В данном конкретном случае, по результату ознакомления с материалами дела возникли некоторые вопросы к имеющимся доказательствам. После посещения в СИЗО Андрея подозрения усилились. Но дело уже рассматривал суд, а если быть точнее — процесс подходил к стадии прений, оставался допрос последнего свидетеля. Он не являлся на слушания, за счет этого получили время для проверки наших подозрений.

Первым делом с Владимиром Юрьевичем  подготавливаем ряд ходатайств, в том числе о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. И на это мы нашли весомые основания. Согласно обвинительному заключению, Андрей – «путешественник во времени». Сначала сделал закладки с наркотиками, а только потом их купил.

Первое судебное заседание с нашим участием начинается с крайне недовольного вида председательствующей. Нам тут же сообщают, что судья собирается в отпуск, а мы тут тратим впустую драгоценное время. Хорошее начало. Сочувствуем и заявляем сразу несколько заранее подготовленных ходатайств. Ожидаемо получаем отказ в удовлетворении.  Откладываемся из-за неявки свидетеля и получаем предупреждение быть готовыми к прениям к следующему заседанию. Конечно, конечно. Едва переступив порог здания суда, решаем заявлять ходатайство о возвращении дела прокурору в порядке ст.237 УПК.

Указанные в ходатайстве аргументы не оставили судье ни шанса на принятие иного решения, кроме как удовлетворить на ближайшем заседании заявленное нами ходатайство.

Дело возвращается прокурору. И вроде как все довольны: мы начинаем так необходимую нам работу со стадии следствия, а судья идет в … отпуск.

Акт второй. «Какого лешего всё это»

Дело довольно долго возвращается следователю. Ему теперь нужно заново предъявить обвинение Андрею, выполнить требования ст. 215 и 217 УПК и пересоставить обвинительное заключение.

В первый же день встречи со следователем в СИЗО мы с коллегой заявляем ходатайство об ознакомлении с вещественными доказательствами. Получаем предварительный отказ и целую кучу вопросов из разряда «какого лешего всё это вам нужно?».  Спустя неделю повторно встречаемся в СИЗО, ознакамливаемся со всеми вещественными доказательствами по делу (кроме наркотического средства). Особый интерес представлял мобильный телефон клиента. Удивительно, но он включился, и мы получили возможность изучить его содержимое.  Оно увы не порадовало, но у нас были и другие аргументы защиты.

При выполнении ст. 217 УПК решаем идти по пути немного модернизированного приема защиты «Излом» (Праворуб: Допрос в полиции. Прием уголовной защиты «Излом»), заявляем соответствующее ходатайство. Следователь крайне удивляется заявленному ходатайству, рассматривает и отказывает в удовлетворении, внимание!!! без регистрации в КУСП.

Акт третий. «И снова, здравствуйте и прощайте»

Дело вновь поступает в суд в ином составе. На предварительном заседании заявляем ходатайство об исключении недопустимых доказательств и возвращении уголовного дела прокурору. По всем ходатайствам получаем очередной отказ в удовлетворении (интересно, наступит ли день, когда начнут работать иначе) и мы благополучно выходим в процесс.

В ходе судебного следствия не меняем изначально выбранную линию защиты. Давим аргументами, указываем на «технические ошибки» в деле. Одним из основных упоров был сделан на существенные нарушения в химической экспертизе наркотического средства. Не плохо получилось допросить свидетеля стороны обвинения, а именно оперативного сотрудника проводившего задержание Андрея. (К слову сказать данный свидетель упорно не желал являться в суд, впрочем, как и остальные свидетели, которые так и не явились). В совокупности все вышесказанное существенно повлияло на приговор. В своих прениях гособвинитель просил для Андрея наказание в виде 9 лет лишения свободы.

По итогу приговор —  6 лет и 6 месяцев. Указанный срок- результат нашей с Костюшевым В.Ю. (https://kostusheff.pravorub.ru/) упорной работы по делу и акцентирования внимания прокурора на возможном новом «допе». Приговор никто обжаловать не стал.

Эпилог. «Что не так с клиентом»

А теперь о неприятном, с чем мы неожиданно столкнулись в этом деле.

Отец клиента нашел нас с Владимиром Юрьевичем через сайт «Праворуб». Почитал статьи, комментарии и связался с нами. Узнал условия сотрудничества и пропал на некоторое время. После — вновь позвонил, но уже решив заключить соглашение о представлении интересов его сына. Мы разъяснили клиенту, что не можем гарантировать оправдательного приговора или приговора с условным сроком наказания (об этом открыто говорим и пишем в своих статьях).

Клиент пояснил, что ничего подобного не ожидает и попросил максимально помочь его сыну. Всё было хорошо до момента, как судья собиралась уйти на приговор. Клиент без обоснованных на то причин сменил «день добрый» на «и чё молчим».

Не дождавшись приговора, начал откровенно грубить, обвинять в бездействии. Заявил, что все наши статьи на «Праворубе» — фикция. И, если мы не вернём ему гонорар, он будет жаловаться во всевозможные инстанции. При этом почему-то ссылался на закон «О защите прав потребителей». А разве адвокат и его услуги – это товар, который можно взять, попользоваться и вернуть в течение 2 недель без чека и причин?

В общем на приговор мы ушли в условиях открытого конфликта с клиентом. При этом его сын не понимал, откуда такая реакция у отца. Приговором он в итоге остался доволен, но за всё, что наговорил, возможно, сгоряча, даже не извинился. Он так и не понял, чем отличается покупка колбасы в магазине от сотрудничества с адвокатом.

О том, как мне удалось добиться для «порядочного семьянина» 5 лет колонии по ч. 3  ст. 30 п. «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ, несмотря на его признательные показания с другим адвокатом, читайте здесь: Праворуб: 5 лет для «порядочного семьянина» по ч.4 ст. 228.1 УК РФ.

 А также о том, как Костюшев В.Ю. добился подписки о невыезде своему клиенту до приговора по ч. 2  ст. 228, ч. 3  ст. 30 п. «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ читайте в статье: Праворуб: У наркомании не женское лицо