Чек н-н-надо? Или как адвокат «сеял» на 217 УПК РФ и собирал «урожай» в суде

-Волнуетесь?
-Немного.
-Первый раз?
-Нет, я уже много раз волновался.

Здравствуйте, уважаемые участники «Праворуба» и посетители портала!

Это хорошо, что вы меня читаете. С вами адвокат Марков Константин Николаевич.

История, которую я хочу рассказать, началась год назад темным ноябрьским вечером. А вот как она закончилась…

С точки зрения защитника она закончилась просто отлично, поскольку Доверителю назначили наказание по тяжкому преступлению ниже низшего предела, которое было не только не связано с лишением свободы, но и даже не было условным.

С человеческой же точки зрения результат получился так себе. Это своего рода некая сделка с совестью, что ли. В принципе, всех все устроило, кроме меня, конечно.

Итак, поздним вечером ноября 2024 года дети в компании со мной ехали тусить к бабуле. Идя мимо одного из районных судов Санкт-Петербурга, который дети посещали вместе со мной, они в унисон громко сказали:

-Папа! Смотри, это же твой суд!

Несколько проходящих мимо людей решили от греха подальше обойти нас стороной.

Дети же с малых лет были приучены, как себя вести и что отвечать, когда посещают суд.

Когда они приходили со мной, некоторые приставы начинали рассказывать, что посещение дворца правосудия с детьми не предусмотрено или даже запрещено. Получив ответ, что это не дети, они вопросительно, а некоторые с ухмылкой смотрели на меня, ожидая пояснений. Я поворачивался к детям и задавал всего один вопрос:

-Дети, кем вы работаете?

-Стажёр адвоката.

Приставы делали серьезное лицо, согласно кивали и больше нас не задерживали на входе. Даже удостоверение не смотрели.

Зазвонил телефон и на его экране засветился телефон К.Ю.А., моего ментора и проводника в славные ряды петербургской адвокатуры.

Предложение было короткое и простое: выехать в отдел полиции и постараться достать из – за стенок женщину, которая находилась там уже более суток по не совсем понятным причинам.

Предыстория была одновременно смешная и странная. К.Ю.А. позвонил мужчина и попросил оказать помощь. Его жену доставили в отдел полиции в ночь с четверга на пятницу, и держат уже сутки, вроде как, за совершение административного правонарушения.

К.Ю.А. назвала стоимость за выезд в отдел полиции, на что мужчина сообщил о том, что подумает немного, может жену всё – таки выпустят в ближайшее время.

К вечеру пятницы он в итоге созрел, но К.Ю.А. уже не имела возможности выехать из-за занятости, поэтому предложение переадресовали мне.

То, что муж не хочет помочь забрать жену из отдела полиции, мне лично показалось странным, но мало ли всякое бывает.

Впоследствии, окажется, что Доверитель смогла позвонить мужу и сказала, что всё хорошо и не надо никого беспокоить.

Я тоже отказался куда – то выехать: сама ситуация мне не особо понравилась, плюс у меня не было с собой моей волшебной сумки, в которой было если не всё, то многое на все случаи адвокатской жизни.

На том и порешили. Как потом оказалось, женщину ближе к полуночи отпустили из отдела и обязали явиться на следующий день.

Утром субботы К.Ю.А. снова позвонила и предложила оказать им помощь, просто выехав в отдел для составления протокола об административном правонарушении по ст. 7.27 КОАП РФ (мелкое хищение). Но вот сумма какая – то странная была – около 10 000 руб. Многовато для мелкого хищения.

Что ж… Собрался и поехал. Встретился с мужем и женой. Они пояснили, что ей действительно сказали явиться в субботу в отдел полиции для оформления материалов по административке и что – то сказали про мелкое хищение. После составления бумаг она оплатит штраф, и будет свободна на все пять углов Санкт-Петербурга.

В дальнейшем всё становилось ещё более странным. В отделе полиции нас, конечно, никто не ждал и участковый подавно. Со слов Доверителя получалось, что ее якобы поймали сотрудники безопасности магазина при хищении денег из кассы.

Но сотрудники полиции чуть ли не на книге КУСП клялись, что ничего страшного – посидите немного у нас в тепле и без еды, а потом каземат откроется.

Ожидание затягивалось и уже составляло пару часов. Наверное, вы догадались, что я не так рассчитывал провести субботний день.

Пошли звонки в ГУ МВД и по телефону доверия о том, что сотрудники отдела полиции занимаются маринадом. Пока ждали реакции на все жалобы, я от делать нечего проконсультировал несколько человек, зашедших в отдел, а одной женщине помог написать заявление о преступлении, связанном с мошенничеством на Госуслугах. 

Когда истек третий час, вдруг нарисовалась группа сотрудников полиции и предложила нас подвезти в УМВД района. Я вежливо начал отказываться, что не надо так утруждаться и тратить казенный бензин, мы тут подождем участкового и поучаствуем в деле об административном правонарушении.

Но сотрудники не прониклись моей вежливостью и заботой о государственном имуществе, сказали, что нас ожидает дознаватель.

Меня изначально смутила цифра в 10 000 руб. в соотношении с мелким хищением, но я делал скидку на то, что Доверитель мог чего – то не понять.

Но теперь при упоминании дознавателя становилось понятным, что переход из плоскости КоАП РФ в плоскость уголовного процесса будет стремительным и неизбежным.

Дознаватель вручил нам копию постановления о возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 30, ч.1 ст. 158 УК РФ (покушение на кражу).

Квалификация мне не понравилась, т.к. Доверитель занимала должность товароведа по документам и заместителя директора магазина по факту, а ещё была материально ответственным лицом.

Но стороне обвинения виднее, если им надзирающий орган согласовал.

В постановлении было указано, что Доверитель, имея умысел на хищение, достала из кассы 12 168 руб. 47 коп., но не смогла довести его до конца и покинуть магазин, т.к. ее остановили сотрудники безопасности.

После этого Доверителю дали на подпись протокол разъяснения прав подозреваемого, предусмотренных ст. 46 УПК РФ.

Я попросил ознакомить меня с объяснениями Доверителя. В бланке объяснений, естественно, не рукой Доверителя было написано, что в течение нескольких дней она аннулировала чеки и брала деньги из кассы.

И в содеянном – то она полностью раскаивается, и вину – то она признает, да так, что в специальной графе было записано: «С моих слов прочитано верно».

Дознаватель открыл на компьютере бланк протокола допроса подозреваемого и спросил:

-Показания давать будете?

-Нет, отказываемся от дачи показаний.

-Пишем на основании ст. 51 Конституции РФ?

-Нет, пишем на основании ст. 46 УПК РФ.

Дальше дознаватель задал, по его мнению, очень уместный и резонный вопрос:

-Константин Николаевич, а что говорится в ст. 46 УПК РФ и как она регулирует вопрос отказа от дачи показаний?

Я не знаю, что мне позволило сдержаться и не подать виду, не начать буквально тыкать дознавателя в только что оформленный им протокол разъяснения прав подозреваемого, который он в течение недели точно по несколько раз выдает на подпись, а также не выдавать скабрезные комментарии.

Наверное, уже старею. Или это уже опыт?

В общем, я рассказал про ст. 46 УПК РФ и сообщил, что она производна от ст. 51 Конституции РФ, но это не имеет особого правового значения. Да, и от ранее данных объяснений Доверитель отказывается тоже, т.к. они были даны без защитника и записаны сотрудником полиции по своему усмотрению.

Видимо, дознавателю понравились объяснения, потому что они были понятны, и мы вернулись к оформлению первичных процессуальных документов.

Вот так я выехал для участия в оформлении протокола по административному правонарушению и по итогу доехал до уголовного дела.

Дознание шло ни шатко, ни валко. Даже жалобы в прокуратуру не особо помогали, хотя они очень сильно старались и даже представления вносили, чтобы привлекали к дисциплинарной ответственности.

Прошло полгода. В календаре значится май, и птички поют. По нормам УПК РФ, если истекает 6 (шесть) месяцев и расследование в форме дознания не завершено, то оно передается в следствие. И делом уже занимается, не побоюсь этого слова, целый следователь.

Следователь позвонил и пригласил для предъявления обвинения. Ознакомившись с доступными материалами, получалось, что к концу шестого месяца дознания, вдруг все опомнились, проверили трудовой договор Доверителя и договор о материальной ответственности и пришли к умопомрачительному выводу.

Оказывается, товаровед – это должностное лицо, т.е. такое лицо, которому должны все посетители, и которое должно всем вышестоящим должностным лицам.

Значит, совершено покушение не на кражу, а на присвоение, т.е. ч. 3 ст. 30, ч.3 ст. 160 УК РФ.

Вот с этим набором выводов после шестимесячной титанической работы мысли, сделанной не прикладая рук, мы получили постановление о привлечении в качестве обвиняемого.

Со следователем у нас сложились конструктивные отношения. Я закрыл глаза на процессуальные нарушения в части уведомления о продлении сроков расследования и дне предъявления обвинения.

Следователь не мешал мне давать показания и рассуждать о плохом качестве расследования. Причем следователь со мной был полностью согласен.

В короткие сроки я ознакомился с делом, написал ходатайства, в которых мне предсказуемо отказали, и следователь приступил к составлению обвинительного заключения.

Пока составлялось обвинительное заключение, я написал жалобу прокурору, чтобы он не утверждал обвинительное заключение и вернул дело на дополнительное расследование из-за нарушений.

В частности меня интересовало, как так получалось, что моему Доверителю вменялось хищение 12 168 руб. 47 коп., а в ходе осмотра места происшествия изъяли деньги в сумме 10 750 руб.

Ну ладно, 1 418 руб. могли куда – то завалиться в конце концов, и необязательно в карман, а вот куда делись 47 копеек – это очень значимо и одновременно загадочно.

Ответ прокурора пришел через 3 (три) дня и его содержание, как потом окажется, переломило буквально всё.

Из ответа прокурора следовало, что действительно уголовное дело поступило к ним с обвинительным заключением. Все мои доводы относительно доказательств будут изучены с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а совокупности достаточности для направления дела в суд.

Но просим не забывать, что у прокурора на это есть установленные законом 10 (десять) суток.

Ну ладно, я подожду, шесть месяцев по сравнению с десятью сутками меньший срок.

Примерно, прошел месяц. Июнь катился к своему завершению. Ожидая начала заседания по наследству, мне позвонил следователь и попросил согласовать дату явки, чтобы перепредъявить обвинение.

-Дослед? – спросил я.

-Нет, не совсем, руководство решило вернуть дело для расследования. В общем, Вы приходите и прочитаете.

По итогу перепредъявили оконченный состав по ч.3 ст. 160 УК РФ, т.е. присвоение с использованием своего служебного положения.

Мне очень было интересно, как после направления уголовного дела с обвинительным заключением прокурору, руководитель следственного органа мог вернуть его для дополнительного расследования.

Хотя, примерно, догадывался. Называется возврат уголовного дела подмышкой. Т.е. прокурор как бы читает дело, которое поступило неофициально.

Если все нормально делают официальное поступление. Если нет, то устраняют все выявленные недостатки и потом уже официально направляют уголовное дело.

Но все было оформлено очень топорно и нагло. Мы повторно допросились, я дал подробные показания за Доверителя, опираясь на ранее изученные материалы дела. Мы приступили к повторному ознакомлению в порядке, предусмотренном ст. 217 УПК РФ.

Читая уже знакомые материалы, которые к чести следователя не претерпели изменений, я коленной чашкой процессуалиста понимаю, что часть из них оформлена по самиздатовскому УПК РФ.

Что получается? Защиту ознакомили с материалами уголовного дела. Следующий шаг это составление обвинительного заключения и получение согласия руководителя следственного органа для последующего утверждения прокурором.

Если прокурор согласен со всем, то он утверждает обвинительное заключение и направляет уголовное дело в суд.

Если не дает добро, то печатается постановление о возвращении уголовного дела в порядке, предусмотренном ст. 221 УПК РФ, для устранения выявленных недостатков.

В материалах уголовного дела не было ни обвинительного заключения с отметкой «Не утверждаю», ни постановления прокурора о возвращении уголовного дела.

А была коротенькая резолюция руководителя следственного органа в протоколе ознакомления недалеко от моей подписи, согласно которой следователю необходимо принять дело к производству и окончить расследование.

Далее в деле лежало как бы уведомление о том, что стороне защиты сообщается о возобновлении производства по уголовному делу на основании ч.3 ст. 211 УПК РФ, т.е. получается, что предварительное следствие ещё и приостанавливалось.

Но опять же, в деле не было ни постановления о приостановлении, ни постановления об его отмене, которое по логике должно быть за подписью руководителя следственного органа. В крайнем случае, его зама.

Обо всех этих безобразиях я оставил в уголовном деле отдельное заявление в соответствии с ч.2 ст. 219 УПК РФ. И параллельно написал жалобу прокурору, и руководителю ГСУ ГУ МВД по г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Наивно было думать, что все во всём признаются, но писать откровенную чушь надо таки уметь. И они не постарались…

Прокурор сообщил мне, что ранее данный ответ о поступлении уголовного дела с обвинительным заключением носил преждевременный характер и составлен с технической ошибкой (технической ошибкой они признали три абзаца текста). Дело поступало для проверки в порядке прокурорского надзора.

Чушь, потому что после ознакомления с делом в рамках ст. 217 УПК РФ, прокурорский надзор может быть, по моему мнению, осуществлен только при проверке дела на основании ст.ст. 220 – 222 УПК РФ при решении вопроса об утверждении уголовного дела.

Следствие тоже далеко не отставало в фантазии. Также написали, что дело направлялось в прокуратуру в порядке прокурорского надзора (честно списали) для согласования формулы обвинения.

Зачем я это читал? Формула обвинения должна быть согласована ДО предъявления обвинения, а не ПОСЛЕ его предъявления и ознакомления со всеми материалами.

Ладно, будет хороший повод побиться за возвращение уголовного дела по ст. 237 УПК РФ.

Но мне не давала покоя полученная видеозапись На ней, конечно, было видно, что Доверитель пересчитывает деньги в кассе, а потом с ними куда – то уходит. По должностной инструкции она должна была собирать наличность и относить в главный сейф, где как раз камеры не было. Но после происшествия никто главный сейф не проверял и сумму денег, находившуюся в нём, не пересчитывал.

Но в обвинении сказано, что она аннулировала чеки, а излишек, по версии следователя, забирала себе. На записи было видно, что товар проходит через кассу (пикается), происходит оплата наличными, но потом в специальном окошке программы появляются строки об аннулировании.

Изначально Доверитель пояснила мне, что аннулирование происходило в связи с тем, что ценники в зале не совпадали с ценой, которая пробивалась на кассе. Покупатели были недовольны и начинали бузить.

Хорошо, допустим 3 – 5 ценников не бьется, а когда их около 50 – 60? Почему ответственное лицо не задумалось об этом и не пошло делать проверку?

Ответ оказался очень прост. Наверняка, вы слышали вопрос от кассира после оплаты покупки наличными:

«Вам чек надо?».

Зачем это спрашивается? Если не нужен, то все проведенные через кассу товары аннулируются.

В связи с чем уменьшается налогооблагаемая прибыль предприятия в связи с доходом. Полученные излишки либо кладутся в отдельный ящик, чтобы покрыть потом кассовые разрывы, либо кладутся в кармашек.

Само собой, работники об этом осведомлены, но до определенного момента это всех устраивает. Но когда – то кто-то становится неудобным, то служба безопасности вдруг прозревает…

Когда после просмотра видеозаписи я обратил внимание Доверителя, что чеки действительно не вылезают из кассового аппарата, она сказала, что это, наверное, какой-то сбой.

Но после вопроса: «А это случайно не та тема, когда нужен или не нужен чек?», Доверитель посмотрела на меня широкими глазами, покраснела и выдала:

«А Вы откуда знаете?! Ну, Константин Николаевич, от Вас ничего не скроешь».

В принципе, всё ясно. Адвокату не поверили и не рассказали честно и до конца про схему. Показания надо было корректировать в ходе допроса в суде, и маневр для их корректировки оставался.

Ходатайство о предварительном слушании было подано своевременно, и назначили заседание.

Странно, что не подошел прокурор. И судья удивилась нашему присутствию, т.к. нас никто не уведомлял, и вообще не рассчитывали на то, что мы придем. Да и суд в отпуск собирается, поэтому давайте отложимся.

Через месяц прокурор появился за 5 минут до начала заседания и попросил меня отойти с ним в сторонку побеседовать. Он спросил меня на предмет того, что мы хотим по итогу рассмотрения дела.

Я честно ответил, что переквалификацию на ч.1 ст. 160 УК РФ и судебный штраф. Государственный обвинитель оценил юмор, и предложил выслушать предложение.

Он тоже честно ответил, что уголовное дело читал. Увидев мою реакцию на свои слова, он сообщил несколько деталей дела, о которых мог знать только человек, действительно читавший дело.

По итогу он пришел к выводу, что дело на букву «г», и этот эпитет далек от слова «грандиозное».

Таким образом, мы отказываемся от предварительного слушания, в короткий срок рассматриваем дело, и Доверитель получает ниже низшего предела.

Доверитель, узнав, что может пройти гораздо быстрее и это будет не условное наказание, при котором надо ходить и отмечаться в инспекцию, согласилась.

В следующем заседании я приобщил положительные характеристики, взнос в благотворительный фонд и возмещение ущерба. Судья спросила, сколько можем потянуть по сумме штрафа. Доверитель сообщила, что в районе 40 000 – 50 000 руб.

В прениях прокурор просил назначить штраф по нижней планке в 100 000 руб., защитник просил назначить ниже низшего и предоставить рассрочку для его уплаты.

Через час у меня на руках был приговор, согласно которому Доверителю назначили штраф в сумме 50 000 руб. Учитывая, что она провела 1 день в полиции, штраф снизили до 40 000 руб… По закону срок оплаты штрафа 60 дней после вступления приговора в силу, т.е. еще 15 дней. Итого 75 дней на оплату штрафа.

Приговор не обжаловался и вступил в законную силу, а штраф совсем скоро будет оплачен в полном объеме.

P.S. Стефан Цвейг в свое время сказал: «Человек проигрывает дважды:  недоговаривая врачу и адвокату».

Доверяйте своему адвокату, говорите ему сразу и обо всем. Это поможет избежать многих проблем и переживаний.