В октябре 2019 года пожилая женщина находилась на своем садовом участке и вдруг ни с того ни с сего решила спилить деревья на соседнем участке. Не откладывая дела в долгий ящик, позвала односельчанина, который при помощи бензопилы и свершил задуманное. Причинен ущерб, осудить по ч.1 ст. 330 УК РФ.
Примерно так суд первой инстанции описал действия женщины, отбросив напрочь вопросы мотива, умысла, да и всего состава преступления в целом. Что к чему, не ясно, как защищаться от такого обвинения, тоже не понятно. Суд апелляционной инстанции все возмущения стороны защиты проигнорировал, и приговор вступил в законную силу. Дальше кассация.
Изначально уголовное дело было возбуждено по ч.1 ст. 167 УК РФ. Тут ничего сложного — провел оценочную экспертизу, установил ущерб и затолкал дело в суд. Однако защита была не согласна с такой трактовкой событий, и в итоге вынудила следствие переквалифицировать действия женщины на ч.1 ст. 330 УК РФ.
Здесь началось самое интересное. Несмотря на кажущуюся простоту состава, расследовать дела по ст. 330 УК РФ отнюдь не просто. Надо как минимум понимать, что непосредственным объектом самоуправства является установленный государством порядок совершения определенных действий. Расширяется и предмет доказывания, предусмотренный ст. 73 УПК РФ, а общественно-опасные последствия самоуправства не могут быть сведены исключительно к материальному ущербу, что как раз и является распространенной ошибкой правоприменителей.
Можно сказать, что худо-бедно, но следователь справился с расследованием дела, допустив, правда, одну серьезную ошибку, которую суд не смог устранить при вынесении приговора. В результате чего и пришлось отбросить вопросы выяснения мотива при вынесении приговора. Впрочем, все это еще будет предметом разбирательства дела по существу в суде первой инстанции.
Пока же суд кассационной инстанции, отменяя обвинительный приговор, напомнил, что действующим уголовным законодательством под материальным ущербом подразумевается непосредственный вред в его имущественном и денежном выражении. Этому корреспондирует и положения ст. 15 ГК РФ, согласно которой под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).
Казалось бы, для практикующего в уголовном праве юриста все должно быть просто и понятно. Но именно в этом вопросе у сторон возникли наибольшие трудности, которые заключались в определении размера причиненного ущерба. Для начала по ходатайству стороны защиты суд признал имеющуюся в деле оценочную экспертизу недопустимым доказательством. Была назначена повторная комплексная судебная дендрологическая и оценочная экспертиза, к результатам которой у стороны защиты также возникло много вопросов.
Я сейчас не буду касаться многочисленных арифметических ошибок, которые допустил эксперт, нет, все это (хотя и не все) он устранил дополнительными внепроцессуальными письмами. Напомню, подсудимая обвинялась в том, что незаконно, вопреки установленному порядку спилила деревья и т.д. Учитывая, что эксперт применил затратный подход при проведении оценки, оставалось выяснить, сколько же должен потратить потерпевший, чтобы вырастить деревья до состояния на момент их повреждения.
Я понимаю, что не все занимаются выращиванием деревьев, но морковные грядки наверняка видели многие. Если провести аналогию, из заключения эксперта следовало, что одного мешка удобрений для грядки моркови недостаточно, а нужно по одному мешку для каждой отдельно взятой морковки. И так касалось всего: прополки, анализов, обработки и т.д. Допросы эксперта ни к чему не привели, он уперся и стоял на своем, несмотря на очевидную абсурдность своих выводов.
Имея основной целью снизить размер предполагаемого ущерба, защита в своих показаниях, прениях, последнем слове неоднократно указывала на очевидные ошибки эксперта-оценщика, просила признать его заключение недопустимым доказательством. Но… доводы стороны защиты услышал только суд кассационной инстанции.
Уважаемый Фаниль Рафисович, а какова судьба деревьев, за которые должна заплатить подсудимая? Кто ими по итогу печку топить будет?
Уважаемый Игорь Михайлович, деревья были аккуратно распилены и сложены в поленницу на участке потерпевшего.
Уважаемый Фаниль Рафисович, а проводилась их инвентаризация, ведь если с подсудимой взыщут ущерб, то придется ей дрова отдавать. И пеньки нужно выкорчевать. Говорят, что сейчас пеньки в цене на дачах новых русских. Лет двадцать назад на участке моего доверителя бригада лесорубов аккуратно свалила, распилила и вывезла несколько десятков вековых лип. За работу расплатились деревьями и их пеньками. Производственные и административные здания, расположенные вокруг липовой аллеи не пострадали. К уголовной ответственности также никого не привлекли.
Уважаемый Игорь Михайлович, для начала надо нормальную экспертизу провести, а там уже видно будет.
Уважаемый Фаниль Рафисович, а если не секрет, что же побудило Вашу доверительницу к таким решительным действиям? Тень, корни или что-то другое?
Уважаемый Игорь Михайлович, ветки на несколько метров нависали над ее участком. Росли деревья с южной стороны, поэтому с учетом их высоты значительная часть участка была в тени. Ну и осенью было много листьев, которые горят, как порох. Опасалась за постройки.
То есть при подаче иска, как положено, суд наверняка принял бы решение в ее пользу.
Уважаемый Фаниль Рафисович, любит наши граждане неправовые методы, которые потом бьют по ним самим и по их кошельку.
Уважаемый Фаниль Рафисович, не факт, что принял бы решение в её пользу. Ведь, возможны альтернативные методы. Для улучшения инсоляции возможна специальная опиловка деревьев. Для уменьшения пожароопасности возможны пропитки, пожарные траншеи и т.п.
Уважаемый Владислав Александрович, ну все верно. Деревья под корень никто и не пилил, произведена только опиловка. А пожарную траншею у себя на участке я копать бы не стал. Да и Вы, наверное, тоже. Что же касается судебных решений, их достаточно много, заставляют спиливать.
Уважаемый Фаниль Рафисович, ну не знаю. Было у меня похожее дело. Соседка предъявила иск об устранении препятствий, мол, моя доверитель поставила забор и у неё ещё и дерево разрослось, потому освещения в доме заявительницы нет и стало темно. Требовала снести забор и спилить дерево. Ответчик (моя доверитель) пояснила, что соседка не так давно построил пристройку и окна оказались прям у забора, это вызвало стеснительные обстоятельства: «Может я загорать хочу на своём участке, а она в окно смотрит», — по этой причине был поставлен забор. А дерево давно уже наклонилось, это пристройка оказалась в тени дерева, а не дерево затенило пристройку.
Предложили поставить матовые поликарбонат на забор с высоким светопропусканием, а дереву быстро сделали омолаживающую обрезку (оно и правда наклонилось в строну соседки, все плоды к ней падали, смысла в дереве не было, если плоды у соседки).
В конце концов истица забрала иск. Дерево ей больше не мешало, а прозрачный поликарбонат на заборе она не хотела.
Вывод: современные технологии позволяют принимать разные решения, просто надо смотреть на вещи шире!