Еще раз о необходимости участия специалиста и немного об опасности самонадеянности.

Только вчера закончил участие в деле, которое с профессиональной точки зрения может представлять интерес лишь иллюстрацией полезности тесного взаимодействия между адвокатом и специалистом при сборе и предоставлении контрдоказательств.

Заодно итог данного дела может послужить предостережением от излишней самоуверенности адвоката даже тогда, когда положительный исход дела не вызывает сомнений.

Ко мне обратился гражданин, в отношении которого уже было принято вступившее в законную силу постановление суда о признании его виновным в совершении административного правонарушение, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 Кодекса РФ об административных правонарушениях — нарушение Правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Теперь со стороны потерпевшего, назовем его «ВГ», был подан иск о возмещении вреда, причиненного здоровью на очень впечатляющую сумму – 1.200.000 руб. Забегая вперед отмечу, что сумма иска росла от судебного заседания к судебному заседанию, и ко дню вынесения решения эта сумма составила 1.800.000 руб.

Нимало подивившись основаниям, по которым ВГ решил, что его денежные аппетиты подлежат удовлетворению в таких размерах, я не мог обойти своим вниманием и основания, по которым мой доверитель был признан виновным в ДТП.

Так вот, с моей точки зрения во многом он «обязан» этому ООО «Юридическая компания Альфа-М», представитель которой хотя и обратился к специалисту в области автотранспортной экспертизы, но поставил перед ним вопросы ни в коей мере не способствующих раскрытию обстоятельств предшествующих ДТП, механизму возникновения ДТП и других необходимых вопросов, очевидных для любого юриста, позиционирующего себя как специалиста в области ДТП.

В самом деле – разве возможно восстановить картину ДТП на основании вопроса — Какими пунктами ПДД должен был руководствоваться….в данной ситуации?

Несколько обескуражил меня и пункт договора, согласно которому ООО «Юридическая компания Альфа-М» приняла на себя обязательство представлять интересы моего доверителя, в том числе и в суде по вопросу возмещения ущерба, причиненного в результате ДТП.

На мой вопрос – а какой смысл обращения ко мне, если у него уже есть представитель, мой потенциальный доверитель пояснил, что от дальнейшего исполнения обязательств представитель данной организации отказался, хотя деньги были им внесены в полном объеме. Сумма, кстати, немалая…

Поняв для себя, что дальнейшее обжалование постановления суда, предсказуемо «устоявшее» в апелляционной инстанции Мосгорсуда — путь с весьма и весьма туманный, с не внушающим оптимизма итогом, я решил сосредоточиться на иске о возмещении вреда, причиненного здоровью.

Итак, каким образом ВГ вычислил сумму иска?

Во-первых, сумма утраченного заработка. В качестве обоснования такого требования истец предоставил трудовой договор, согласно которому он работал…сиделкой у своего земляка из Армении, страдающего целым рядом недугов. По этому договору ВГ, в качестве вознаграждения, должен был получать 60 тыс. руб. ежемесячно. Умножив указанную сумму на количество месяцев гипотетической нетрудоспособности ВГ и получил результат, так поразивший меня при ознакомлении с содержанием искового заявления.

При этом, никаких документов подтверждающих, что такие суммы действительно ему когда-либо выплачивались, ВГ не представил, но зато представил копию пенсионного удостоверения своего нетрудоспособного «работодателя», пенсия которому была назначена в размере, аж 4.500 руб.

Не вдаваясь в сложные математические расчеты, каким образом при пенсии в 4.500 руб. ежемесячно, можно выплачивать 60.000 руб. своей «сиделке», оплачивая при этом питание в размере 15.000, услуги ЖКХ и т.д., я обратил внимание на пункты трудового договора, который мог быть расторгнут вследствие невозможности «сиделки» исполнять свои обязанности по состоянию здоровья, при этом все изменения и дополнения к договору должны быть оформлены в письменном виде. Следовательно, кроме математических парадоксов в рассуждениях истца налицо еще и факт того, что трудовой договор не прерывался ни на минуту и ВГ, мужественно преодолевая невыносимые страдания, продолжал исполнять свои обязанности сиделки.

Если в данной части иска решение суда понятно и предсказуемо, мне оставалось лишь произвести расчет по правилам ст. 1086 ГК РФ, т.е., исходя из величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

Вот что у меня получилось:

1. Истец ВГ не представил достоверных доказательств получения им дохода за период, якобы, выполнения им работы по гражданско-правовому договору, представленному в суд.

2. Обязанность возмещения вреда причиненного здоровью в результате ДТП прямо следует из содержания ст.ст. 15, 1064 и 1079 ГК РФ, но при этом расчет убытков должен рассчитываться исходя из заявленных исковых требований, по правилам ст. 1086 ГК РФ, т.е., исходя из величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.

Величина прожиточного минимума на 3 квартал 2014 г. составляла 8731 руб. (Постановление Правительства РФ от 05.12.2014 N 1321 «Об установлении величины прожиточного минимума на душу населения и по основным социально-демографическим группам населения в целом по Российской Федерации за III квартал 2014 г.»).

3. В соответствии с ориентировочными сроками временной нетрудоспособности при наиболее распространенных заболеваниях и травмах, (Письмо Фонда социального страхования Российской Федерации от № 02-18/10-5766 «Об ориентировочных сроках временной нетрудоспособности при наиболее распространенных заболеваниях и травмах» (вместе с «Рекомендациям...», утв. 18.08.2000 Минздравом РФ № 2510/9362-4, ФСС РФ 21.08.2000 № 02-08/10-1977П.), срок временной нетрудоспособности при переломе нижнего конца лучевой кости (закрытый) со смещением отломков составляет 45-50 дней.

Такие же сроки временной нетрудоспособности при переломе нижнего конца лучевой кости указывается в Национальном руководстве по травматологии (2013).

При этом истцом не доказано, что его последующая нетрудоспособность находится в прямой причинной с ДТП, в котором им была получена травма, равно как не доказана и причинная связь между травмой, полученной в ДТП и необходимостью оперативного вмешательства.

Следовательно, рассчитывая сумму, подлежащую выплате истцу, из расчета 50 дней нетрудоспособности, получаем:

(8.731/30 х 20) + 8.731 = 14.551,67 (Четырнадцать тысяч пятьсот пятьдесят один руб. 67 коп.)
Но в сумму иска входила еще сумма на лечение, операцию, которую, по мнению одного лечебного учреждения, необходимо провести, поскольку вследствие травмы у ВГ наступило осложнение.

Итак, что мы тут имеем: медицинские документы (выписной эпикриз, рентгеновские снимки, справки от травматолога и т.д.), а также заключение эксперта по делу о привлечении моего доверителя к административной ответственности, в котором установлено, что ВГ причинен вред здоровью средней тяжести.

Учитывая, что ВГ требовал денег на операции, лечение и все сопутствующие процедуры, совокупный итог был совсем нерадостным для моего доверителя.

Здесь нужно было получить ответы на два основных вопроса:

1. Сколько в среднем человек с переломом руки является нетрудоспособным.

2. Имеется ли причинная связь между ДТП и осложнением, требующим оперативного вмешательства.

А вот для получения ответа на эти вопросы без специалиста в области судебной медицины нам не обойтись, а потому обращаемся с адвокатским запросом к одному из самых авторитетных из них – уважаемому Туманову Эдуарду Викторовичу, перед которым ставим следующие вопросы:
1. Какое повреждение образовалось у ВГ в результате ДТП ……, и какая обычная продолжительность нетрудоспособности у больных с данным видом травм, при условии своевременного и квалифицированного оказания врачебной помощи?

2. Чем вызвана необходимость проведения ВГ хирургической операции — корригирующей остеотомии лучевой кости?

3. Чем вызвана необходимость проведения ВГ хирургической операции — остеосинтез металлической пластиной?

4. Чем вызвана длительность расстройства здоровья, возникшего у ВГ в результате ДТП …….?
Из заключения специалиста становится понятным, что продолжительность нетрудоспособности ВГ с данной травмой не может превышать 50 календарных дней, а осложнение связано с некачественно оказанной медицинской помощью.

Далее, делаем следующий финт – заявляем ходатайство о привлечении в качестве соответчика страховую компанию, в которой застрахована гражданская ответственность моего доверителя, и, вуаля – остаемся только с требованием о возмещении морального вреда, поскольку требование о возмещении расходов на юридические услуги, априори, не нашли понимания у суда – если называть юридической помощью экзотические требования, сопровождаемые предоставлением доказательств, начисто опровергающих данные требования, что же тогда называть вредительством?

И вот, уже в финале процесса, меня и подвела адвокатская самонадеянность, о которой я говорил в начале статьи – на вопрос суда, какую сумму морального вреда готов возместить мой доверитель, я, небрежно махнув рукой, сообщил – в пределах трех тысяч. По короткому взгляду судьи в мою сторону я понял, что мое заявление, не только не осталось без внимание и вывод будет сделан…

Итог – 24 тысячи утраченного заработка и возмещения медицинских расходов – со страховой компании, и сто тысяч возмещения морального вреда – с моего доверителя.

И лишь горестный вопль ВГ, обманутого в своих надеждах на сказочное обогащение – вай мэ, я этого так не оставлю — в какой-то степени, послужил мне утешением…